Продлись, мгновение...

Как раз в тот день, когда украинско-болгарскую клинику «Святая Екатерина» в Одессе посетил известный европейский кардиохирург, руководитель университетской клиники «Святая Екатерина» в Софии, профессор Александр Чирков, исполнилось ровно пять лет одному важному событию в жизни кардиологической науки и практики. 12 июля 1999 года в парижской больнице Питье-Сальпетриер состоялось первое в мире «автоматизированное» коронарное шунтирование. Его провели всемирно известные корифеи кардиохирургии профессор Ганджбах и его учитель - выдающийся хирург профессор Кристиан Каброль, осуществивший в 1968 году первую в Европе пересадку сердца человеку. Профессору Александру Чиркову приходилось  встречаться с Кристианом Кабролем, и я напомнила ему о событии, которое  так потрясло тогда мир медицины:  кардиохирурги Ганджбах и Каброль провели шунтирование коронарного сосуда с помощью протеза из артерии молочной железы без вскрытия грудной клетки: через три лапароскопические отверстия были введены необходимые инструменты, снабженные микроскопическими видеокамерами. Непосредственное вмешательство проводил робот под руководством хирурга. Кроме  такого преимущества, как малоинвазивность, предложенный метод давал также возможность оперировать на расстоянии. Но несмотря на значительность научно-практического достижения французских коллег, у оперирующего хирурга с огромным личным опытом -  Александра Чиркова сегодня  есть достаточно убедительных аргументов, чтобы считать повсеместное применение «автоматизированного» коронарного шунтирования  преждевременным во все убыстряющемся ритме повседневной кардиохирургической практики:

- Я присутствовал на операции по автоматизированному коронарному шунтированию  в Америке, - сказал профессор, -  и если быть кратким, то в первую очередь отмечу, что очень много времени ушло на выполнение анастомоза. И я уверен, что лишь только  в определенных случаях робот может выполнять такую работу. Необходимость применения подобной технологии  настолько редка, что сейчас коллеги практически  от нее отказываются - нет практической выгоды.
Компьютер не может заменить хирурга, но в состоянии выполнить какой-нибудь объем работы под его руководством. Через два отверстия - одно для проведения анастомоза, а другое - для слежения за ходом операции: так называемая торакоскопическая кардиохирургия. Нет, это делать можно только в определенных случаях. Потому что во многих местах операционного поля распространены атеросклеротические бляшки, и лишь только хирург способен оценить ситуацию, отнять необходимую внутреннюю часть артерий и убрать эти бляшки.  А автоматизированным способом, к сожалению, это сделать невозможно.
И все же  я  мыслю, что данный метод оправдал бы себя,  если  бы можно было предварительно очистить коронарные сосуды от всех атеросклеротических бляшек.
 - Какие основные причины превалирования операций с использованием аппарата искусственного кровообращения?
Профессор А.Чирков:
- Это безопаснее, надежнее - результат хирургической  работы качественнее, анастомоз корректнее, прочнее. Во всем мире более 80 процентов  операций на сердце делаются с применением экстракорпоральной циркуляции.
-  Используете ли Вы и Ваши соотечественники-кардиохирурги в своей практике методику туннелирования?
Профессор А.Чирков:
-  В Болгарии она не прижилась. Один год работала и от нее отказались. Когда профессор  Дентон Кули из  Техасского института  посетил Болгарию и предложил мне этот аппарат, я поинтересовался у других коллег из Франции и Германии, которые уже его испробовали, но оказалось, что метод неэффективен. Это было лет десять-двенадцать назад...
 Знаете, что важно в медицине?  Самое важное - не делать абсолютно все то, что возможно технически, это не проблема. Подход должен быть настолько избирательным, чтобы в результате наших манипуляций выиграло качество жизни человека и время, которое мы сумеем подарить ему для  жизни. Качество жизни человека. И над результатами нам надо работать до конца его жизни, которая должна быть без боли, без хронической усталости, чтобы он любил эту жизнь, занимался спортом, и чтобы мог это делать как можно дольше - до конца. Это самое важное.
 В Болгарии мы пересадили 12 искусственных сердец молодым пациентам. Надо  это делать, потому что нужно продлевать жизнь молодым. Дело в том, что  для восьмидесятилетнего человека, например, мы пока не можем решить эту проблему настолько, чтобы значительно продлить  его жизнь, пересадка не так эффективна для пожилого возраста - в смысле долголетия. А  для молодых людей  можно добиться хорошего результата - тридцать, сорок лет живут после операции. У уже известного болгарским читателям - нашего пациента Ростислава тоже один год функционировало искусственное сердце, затем мы провели ему трансплантацию человеческого органа. В декабре прошлого года мы трансплантировали сердце молодой женщине. Сейчас эти пациенты уже дома, вернулась в семью...  Да, искусственное сердце - это мост к трансплантации. И вы видите, что самое важное - не то, какие технические методы мы используем, а какой результат получаем для пациента , для продления его жизни и улучшения ее качества.
- Судя по публикациям в медицинской печати, на сегодня альтернативы пересадке органов нет, но много сообщений об открытиях в области генной инженерии. Как Вы связываете будущее кардиохирургии с генной инженерией?
Профессор А.Чирков:
- Первые результаты, например, бразильского исследователя, не убеждают: клетки внесены в сердце, но неясно, функционируют они или нет, ничто этого не доказывает, ясно только, что они могут заменить собой отмершие клетки. Поэтому  эти результаты вызвали огромный критический отзыв в медицинском мире. Пока им не доверяют. Я слушал его лекцию  на венском конгрессе, шла очень большая критика. Неясно пока, исследователь этого не установил - каково взаимодействие этих клеток с другими, соединятся ли они, обретут ли функцию контракции. Потому что представленный исследователем результат характеризует функцию внедренных им клеток лишь только лишь как мост - на замену некротическим.
- В свете высказанного - какого открытия Вы ожидаете в кардиохирургии?
Профессор А.Чирков:
-  Прежде всего, ожидаю ежедневных результатов, которые заключаются в минимуме осложнений и неясных ситуаций, минимуме инвазивности , как можно меньше разрезов и отверстий. Кардиология делает большие успехи за счет кардиохирургии - она почти на грани кардинальных технических вещей. Основа будущего - трансплантация органов от животных, которые будут специально селекционированы, подготовлены генной инженерией, в том числе с учетом жизненных рамок. Ведь век свиньи и овцы, на которых проводятся опыты, короткий. И сердце у них недолговечно. Вот и работают исследователи над проблемой получения в результате селекции таких животных, которые смогли бы жить долго, и их органы, соответственно, тоже.
Другое русло исследований - это  замена органов клетками. Я лично полагаю, что будущее -  за генетически селективными  клетками, которые будут функционировать, перейдя в органы. Но такого практического результата нужно ждать еще лет 10-15.
- И пока наука продвигается вперед, атеросклероз с его последствиями, который  многими считается «основным диагнозом»  прошедшего столетия, благополучно продолжает свое «лидерство» среди актуальных проблем современной медицины...
Профессор А.Чирков:
-  Во всем мире об атеросклерозе ежегодно пишется столько статей на основе многочисленных исследований, что страницами этих  научных материалов можно устелить всю Украину полностью! Но нет результата. Очень большая и трудная проблема, которую, я считаю, под силу разрешить только генной инженерии. Тем ученым, которые занимаются костным мозгом, и особенно - тем, кто экспериментирует с эмбриональной клеткой. Конечно, эти исследования должны быть нацелены действительно на благо человеку. И если исследователи найдут общий язык с политиками и церковью, то именно генная инженерия способна блокировать атеросклероз. Ведь самое главное - предотвратить утечку энзимов, управляющих  химическими реакциями в клетках организма. Так как в результате нарушения концентрации различных ионов (в том числе и кальция) вне и внутри клетки нарушается ее метаболизм. Когда же энзимы «уходят», начинается атеросклероз. И если мы действительно сумеем блокировать атеросклероз, человеческая жизнь продлится на 20 лет.  Кроме того, и это не менее фантастично, исчезнут проблемы, связанные с возрастными особенностями человека - пожилые люди смогут работать до ста лет, а потом еще лет двадцать жить на пенсии...

Полина Овчинникова, «МВУ»